Возвращение. Ерофеев Николай Степанович

  Ерофеев Николай Степанович (10.03.1924 - 5.04.2006).  

 

 Рассказывает Владимир Ерофеев, сын:
Отец мой,  Ерофеев Николай Степанович родился в 1924 году в селе Новотроицкое Старо Шайговского района в Мордовии. В 1930 году семья переехала на постоянное место жительства в Саранск.  
    В 1940, после окончания восьмилетки поступил в среднюю агрономическую школу, (сельхоз техникум по нынешнему).  В том же году агрошкола была переведена из Саранска в пригород Краснослободска. 

      Школа находилась  в поселке Учхоз по соседству с закрытым к тому времени Свято-Преображенским монастырем,  в нескольких километрах от райцентра. Общежития студентов и некоторые учебные помещения располагались в монастырских помещениях.

     На следующий год началась  война, а потому программа обучения была уплотнена и сокращена на год. Выпуск его курса состоялся в августе 1942.  

 

Выпускники Краснослободского сельскохозяйственного техникума, 1942 г.  

 Все парни  еще задолго до этого твердо решили после получения выпускных документов  пойти добровольцами в действующую армию. Все случилось так, как и было ими задумано!

    Выпускники   агрошколы   с бодрыми песнями на подводах двинулись в Краснослободск  и  оттуда из военкомата были направлены  на республиканский сборный пункт в Рузаевку. Некоторых оставили в Рузаевке для прохождения службы на бронепоездах.   А другие  убыли в  учебный полк на полигон Чебаркуль в Челябинской области, где  должны были обучаться артиллерийским специальностям.

   Но там все их высокие и патриотические чувства быстро  развеялись. Никакого обучения военному делу.  Скудный паек. Жизнь в землянках на лесоповале и работа на износ на заготовках  и вывозе леса для обустройства структуры учебного полка.
     Были голодные, обозленные, убивало хамское отношение начальства снизу и до самого верха. Подлинные мучения доставляли вши.
 
       Через пару месяцев друг отца – родственник работников Коминтерна,  смог с  оказией  отправить  письмо родне в Москву – обычным порядком его просмотренные и вымаранные военной цензурой сообщения не доходили.
   А это дошло! И вскоре в  полк прибыла комиссия с заместителем, как утверждали, самого Ворошилова.  Все курсанты с хозработ  были отозваны  в часть, где состоялось общее построение.
  Прибывший генерал ходил вдоль строя и рассматривал курсантов. По его приказу несколько человек сняли с себя шинели и гимнастерки. Зрелище было ужасным, нательные рубашки были серыми от вшей. А под ними  расчесанные в кровь  тела.
   Суд был скор и справедлив. Командира части полковника и его заместителя поставили  в общий строй со срезанными командирскими петлицами.  Всех курсантов  отправили в баню. Выдали свежее белье.  И после этого начались ускоренные занятия по программе  артиллерийских топографов.

     Уже в декабре  1942 года отец в маршевой роте был направлен на Северо-Западный фронт в качестве командира отделения топографов  в гаубичную артиллерийскую батарею. Это произошло в районе населенного пункта Холм Новгородской области.

   Но очень скоро всех новобранцев из тяжелых артбатарей перенаправили в пехотные подразделения для пополнения выбитых частей переднего края.

   По его рассказам он навсегда запомнил  инструктаж командира перед первым боем.
 - После команды - В АТАКУ (!) - более ни на что не отвлекаться! Раненому товарищу помогут санитары.  Можете на ходу бросить ему индивидуальный пакет. А если остановитесь  для оказания помощи – это будет расценено, как бегство с поля  боя со всеми вытекающими последствиями.
 И вот бежим в атаку, а твой товарищ подорвался на мине и ползет на локтях с оторванной ногой:
    – Коля! Коля! Затяни ремешком!
   А ты бежишь дальше,  и когда еще те санитары подтянутся!

    Уже 5-го января во время боя под Старой Руссой он получил первое ранение и пробыл в госпитале до апреля.  (эвакогоспиталь №1041)
     Что интересно,  за этот бой он только в декабре 1943 года был представлен к медали «За отвагу». Я разыскал в архивах министерства обороны это представление.  Там упоминалась стандартная ситуация – « В районе Старой Руссы  руководя отделением,  ворвался в населенный пункт Козлово. Подавил огневые точки противника и заставил его отойти на новые позиции».

 

  А  в  архиве отца я  нашел его  собственноручное описание того боя:
-  В начале 1943 года было организовано общее наступление Северо-Западного фронта. Наша часть в районе города Холм, что в Новгородской области в тяжелых условиях лесисто-болотистой местности не смогла продвинуться вперед.
   Во время затишья меня, как имеющего среднее специальное образование, вызвали в штаб полка, «вручили» 40 молодых ребят только что призванных в армию и дали следующее задание: - Перейти через реку Ловать, пройти заминированное болото и с минного поля  вынести тела подорвавшихся разведчиков. Во время этой вылазки  определить и нанести на карту огневые точки противника…    За эту операцию я и получил медаль «За отвагу».

    После госпиталя отца направили на краткосрочные курсы младших лейтенантов  и,  согласно  приказа  войскам Северо - Западного фронта (именно так  указано в Удостоверении № 0767 от 21 сентября 1943 года) ему было присвоено воинское звание «Младший лейтенант».

   И вот он командир стрелкового взвода  в составе полка №1336  319-й стрелковой дивизии.   А  в  январе 1944-го,   во время  операции  2-го Прибалтийского фронта  по полной деблокаде Ленинграда,  получил тяжелое ранение в челюсть и шею. А  к этому еще и контузию.  Это случилось в районе Новосокольников. И опять   госпиталь (э\г №3475) на три с лишним месяца.

    После излечения направлен в 374  полк 119-й  гв. стрелковой дивизии.  В августе 1944 года он получил  уже третье ранение.  Оно было, вроде и не тяжелым, но обрывки портянки попали в рану,  и началась гангрена. Ногу спасти удалось, но вышел он из госпиталя (э\г №1114 в Ленинграде) только в марте 1945 года.

       Теперь уже  в звании лейтенанта был направлен  на  1-й Белорусский фронт. 518 полк, 129-й  стрелковой дивизии. Приступил к командованию стрелковым взводом, стал обучать пополнение и готовиться к проведению, как потом оказалось,  Берлинской операции. По его рассказам некоторые из того пополнения были весьма необычными экземплярами.  Обмундированы в невиданную им ранее одежду и брюки с лампасами. Это оказались кубанские казаки, что ушли с немцами через Крым, Италию и Австрию. Некоторые из них, выданные союзниками по Ялтинским договоренностям, попавшие в расположение наших войск  согласились искупить в боях кровью вину перед Родиной.
   22 апреля на правом фланге общего наступления, когда его взвод участвовал в форсировании Одера между городами Франкфурт и Лебус, при переправе отец получил тяжелое ранение в левую сторону грудной клетки.  Был  эвакуирован на свой берег и после оказания первой помощи в полевом медсанбате отправлен в тыл на санитарном поезде.

       А  по пути на восток,  уже на территории Польши,  его  состояние ухудшилось настолько,  что персонал санпоезда посчитал его умершим.  Вложили пакет с документами  ему за воротник  и вместе с другими покойниками выгрузили на насыпь железнодорожного пути.
   Здесь такой контингент «прибирала» похоронная команда. А один из них признал в нем живого.  Тут же не медля его погрузили в следующий  поезд.  Потери в Берлинской операции были огромные и переполненные санитарные поезда на восток шли один за другим.

    Попал в Москву в госпиталь №5004, что был расположен на Яузской улице в районе Таганки. Повезло ему, что в этом госпитале шло пробное применение американского пенициллина при лечении раненых с воспалительными  процессами. Это, в сущности,  и спасло ему жизнь, хотя часть легкого была удалена.

  Здесь же он встретил мою мать – она студентка медучилища там была на практике. В  октябре 1946-го был выписан  из госпиталя, а в декабре  демобилизован из армии по инвалидности.
   Награды:

Медаль «За Отвагу»
Орден «Отечественная война»

 

   С 1947 года жизнь Николая Степановича связана с юннатским движением в Мордовии. 

"Находилась станция в небольшом доме в г. Саранске по ул. Кавказская с площадью учебно-опытного участка 1,08 га на крутом склоне берега реки Саранка, а крохотные три комнаты и небольшая теплица были и лабораторией для юннатов и живым уголком.

В течение 20 лет этот дом служил детям, где было первое соприкосновение с природой, были самостоятельные наблюдения и эксперименты, участие в физическом труде, общественно полезная работа, пропаганда натуралистических знаний среди школьников. Постепенно юные натуралисты начинали открывать «глаза и уши» на окружающий мир, лучше видеть и слышать, овладевать навыками наблюдений, проявлять изобретательность в постановке экспериментов, у них появилась привычка фиксировать, делать первые выводы."

(В.С.Севастьянов, методист «Республиканского Центра дополнительного образования детей») 

Республиканская станция юных натуралистов на Кавказкой 1933-1964

Станция юных натуралистов на ул. Кавказской, начало 50-х. На заднем плане просматривается улица Саранская.

 "В 1939 году 40 учащихся представляли республику на 1-й Всесоюзной сельскохозяйственной выставке в г. Москве. В числе юннатов был Николай Степанович Ерофеев, обучающийся кружка «Юный растениевод» городской станции юных техников и натуралистов." (В.С.Севастьянов)

 Николай Ерофеев, юннат (предоставлено Ерофеевым Владимиров).

 Николай Ерофеев (справа), юннат (предоставлено Ерофеевым Владимиром)

Весенняя заправка парников

Игрушкина Тамара Ивановна, методист станции, проводит экскурсию с воспитанниками детского сада

Зав. станцией юннатов Н.С. Ерофеев на занятиях по биологии. Саранск, конец 1940-х

Зав. станцией юннатов Н.С. Ерофеев на занятиях по пчеловодству. Саранск, начало 1950-х гг.

Зав. станцией юннатов Н.С. Ерофеев на занятиях по рукоделию. Саранск, 1950-е гг.

Зав. станцией юннатов Н.С. Ерофеев на занятиях по слесарному делу. Саранск, конец 1950-х гг.

Проведение праздника День птиц 1961 год

Червякова Раиса Семеновна, руководитель кружка на занятии по садоводству

Рассказывает Владимир Ерофеев:  

В 1953 году моего отца Ерофеева Николая Степановича по «Сталинскому набору» отправили руководить отстающим колхозом.
Хоть и далекое детство, но я хорошо помню – никакого электричества у нас не было, корова в сарае (нас с младшим братом надо было обеспечивать молоком). Сарай покрыт соломой, а стены сделаны из плетня.
Кстати, мама моя – москвичка (отец привез ее после лечения в московском госпитале, где она была медсестрой) доить корову конечно не умела и ей помогала местная жительница, санитарочка при медпункте.  

В 1957 году мы перебрались в Саранск.
В Саранске мы поселились в небольшой квартирке при станции юных техников, где отец стал работать директором.
Это был одноэтажный бревенчатый дом с несколькими помещениями. Жили мы на Саранской улице. 

Кружки моделирования технической станции чутко реагировали на все выдающиеся события. Только 4 октября 1957 года запустили первый спутник, а на демонстрацию 7-го ноября колонна нашей технической станции уже несла макеты спутников и ракет. Потом полетел второй спутник с собакой Лайкой. Какая-то школа пронесла макет аппарата с живой собачкой в иллюминаторе. А после полета Гагарина на первомайской демонстрации наша колонна несла макет ракеты, в люке которой сидел космонавт в круглом шлеме. Наш же пацан с детской технической станции. Мы страшно ему завидовали. 

Н.С. Ерофеев на занятиях по авиамоделизму. Саранск, начало 1960-х гг.

 Я занимался в судомодельном кружке. Выпиливали по трафарету лобзиком шпангоуты из фанеры для корпуса судна. Киль, стрингеры из тонких реек, деревянные бобышки,  форштевня и кормы. Так мы делали набор корпуса. Обклеивали его многослойно газетами. Густо покрывали столярным клеем, сушили, а потом зачищали и выравнивали корпус наждачной бумагой. Шпаклевали и красили. Затем изготавливалась палубная оснастка. Мачты, пушки, торпедные аппараты, спасательные шлюпки. И, как венец всех наших трудов - соревнования по судомоделизму. Сначала городские, потом республиканские, а лучшие из нас попадали на зональные. Поначалу были стендовые оценки изделий, а потом на городской спасательной станции, на речке Инсар были ходовые испытания. Судно с электромоторчиком (неуправляемое дистанционно) должно было попасть в створ из буйков на определенном расстоянии. И от того насколько тщательно ты изготовил корпус зависел его ход по прямой. Самыми интересными были соревнования радиоуправляемых моделей. У наших главных конкурентов из городского Дома пионеров это был линкор «Москва». Был и у нас крейсер радиоуправляемого класса. 

 Детские и юношеские организации. (С. В. Першин, Е. А. Аверьянова)
Монография. МОРДОВИЯ В ПЕРИОД РЕФОРМ Н. С. ХРУЩЕВА
1953 — 1964 гг

Вследствие аграрного характера экономики региона, а также относительной дороговизны материальной базы меньшее развитие в Мордовии получило техническое направление детского творчества. Соответствовавшие духу времени и достижениям научно-технического прогресса кружки юных техников создавались в основном в городских школах и, в отличие от движения юннатов, редко могли выделиться вкладом в повышение производительности труда. Приведем один из таких примеров практического внедрения результатов технического творчества
пионеров.
В 1955 г. члены кружка механизаторов станции юных техников г. Саранска на восстановленном своими руками комбайне «Сталинец-6» приняли участие в уборочной. На полях колхоза им. И. В. Сталина в начале страды они убирали по 4 га в день, затем выработку довели до 20 — 22 га, общая цифра составила 90 га.
Было намолочено 5 тыс. пудов зерна. Несмотря на вышеупомянутую особенность, движение юных техников в республике постепенно расширялось, чему способствовала общая тенденция сближения учебного процесса с практикой.   

 С 1963 года Николай Степанович работает на биологическом факультете Мордовского университета. Старший преподаватель, доцент кафедры ботаники, кандидат биологических наук.

Преподаватель химико-биологического факультета Николай Степанович Ерофеев (1924-2006) вместе со студентами. Саранск, 1960-е гг. Фото из собрания Владимира Ерофеева.

После выхода на пенсию некоторое время жил в Пайгармском женском монастыре в качестве трудника: занимался огородничеством и цветоводством.